Взял небольшое интервью со своим знакомцем инженером предпринимателем, который уже несколько делает бизнес в Европе:

Юрий: Сергей, мне интересна твоя точка зрения на эволюцию управления. Сейчас много говорят об ИИ как об инструменте, но ты, кажется, видишь в этом нечто большее — системный сдвиг. Как ты пришёл к такому подходу?

Сергей:  Да, это именно системный сдвиг, а не просто новая технология. Началось всё с классической боли любого руководителя — ограниченности и непредсказуемости человеческого ресурса. Команда — это всегда узкое горлышко. Когда появились языковые модели уровня GPT, я увидел в них не просто чат, а потенциальных исполнителей. Суть подхода — перенести логику управления с людей на систему формализованных процессов. Ты перестаёшь быть надзирателем и становишься архитектором: проектируешь роли, рабочие инструкции (workflows) и навыки (skills) для цифровых агентов. Это другая философия.

Юрий:  Можешь привести пример такой архитектуры из реального проекта? Не абстрактно, а как это работает на практике.

Сергей: Один из самых показательных примеров — это  подход, который заложен в таких платформах, как «Антигравитация» от Google. Они, кстати, выпустили её совсем недавно, 28 ноября, и концептуально она очень интересна. Они исходят из того, что написание кода — это проект. В этом проекте ты определяешь роли — ровно как в жизни. Роль DevOps-инженера, роль фронтенд-инженера, бэкенд, специалист по базам данных, тестировщик, ревизор, инженер по документации. Ты описываешь их исходя из своего опыта.

Затем идут Workflows — рабочие процессы, по сути, технологические инструкции. Как на заводе: должна быть инструкция. Ты описываешь в них своё профессиональное видение того, как должен разрабатываться код для конкретного продукта.

Следующий слой — Skills (скиллы). Здесь ты описываешь, какими профессиональными компетенциями должны обладать агенты, исполняющие эти роли и воркфлоу. Какими навыками они должны владеть.

Когда всё это создано, ты запускаешь разработку. Агенты работают асинхронно, параллельно, согласуя работу друг с другом согласно прописанным инструкциям. В итоге ты получаешь не просто IT-отдел, а полноценную компанию без единого человека. Один человек, создавший эти роли, workflows и скиллы, может настроить инструмент, который выполняет работу 10, 20, 30 человек параллельно.

Это концептуально новый взгляд на работу любого офиса. Если офисная работа — это анализ, обработка информации, создание документов, то, убрав человеческую механику — перекуры, общение, эмоции — мы получаем чистую полезную нагрузку. И уже к 2026 году эту нагрузку будут выполнять агенты с прописанными ролями и процессами. Это и есть будущее менеджмента: управление не людьми, а системами.

Юрий:  Звучит круто! Но давай поговорим про интеграцию с реальным миром.  Есть ли пример, где агент выходит за  пределы  кода  и  выполняет  работу в  реальном  мире?

Сергей: Конечно. У нас есть реально работающий кейс — агент для подготовки юридических жалоб в международные инстанции по правам человека. Проблема была в том, что правозащитники часто на интуитивном уровне понимают, что права нарушены, но оформление жалобы — это огромный труд. Нужно проанализировать десятки тысяч прецедентов, найти похожие кейсы, грамотно составить документ.

Мы создали агента, который это делает. Юрист загружает в систему исходные данные. Агент за полтора-два часа «прошивает» всю базу решений, находит сотни похожих дел, ранжирует их по релевантности и — что ключевое — аргументированно объясняет, почему надо сослаться именно на эти дела, и даже предлагает конкретные формулировки. Он не просто находит номер дела, а даёт готовые блоки текста.

Но главный инсайт был даже не в этом. Юристы сказали, что основная ценность — это логика рассуждений, которую агент демонстрирует. Читая его обоснования, они сами учатся, видят новые связи. Агент выступает и как исполнитель, и как мощный обучающий инструмент. Сейчас по этой логике мы автоматизируем рассмотрение жалоб на адвокатов в одной коллегии — процесс полностью формализуется, а юристы остаются только на этапе финальной верификации.

Юрий: Это уже серьёзное внедрение. Но это всё же мир информации. А как насчёт физического мира? Есть ли пример, где цифровой агент выходит в офлайн?

Сергей: Есть, и очень наглядный. Несколько лет назад я пытался запустить интернет-магазин постеров. Идея простая: пока постер не заказан, его нет; заказали — печатаешь в типографии и отправляешь. Но тогда были две фатальные проблемы: авторские права на дизайн и логистика. Чтобы получить качественные постера, нужно было договариваться с сотнями дизайнеров. А сроки… В Европе хотят получить заказ завтра. Если печатать в сторонней типографии, ты уже не успеваешь.

Сейчас эти проблемы решены. Авторские права — генерируем дизайн нейросетями. А логистику… Вот здесь начинается самое интересное — точка перехода из онлайн в офлайн.

Представь: заказ пришёл на сайт, которым управляет AI-агент. Он уже сам оптимизирует ассортимент, тестирует, какие постеры лучше заходят. Дальше агент формирует задание на печать. Но печать — это уже физический мир. Вот здесь на помощь приходит интеграция с роботизированными системами. Современные роборуки, например, с 18 степенями свободы, которые сейчас стоят уже около 42 тысяч долларов, могут выполнять комплексные действия.

Наша система может отдать команду такой руке: взять отпечатанный постер, аккуратно обрезать его на гильотине, свернуть в рулон, упаковать в картонную тубу, запечатать её и положить на стеллаж для готовых заказов. Всё. Вместо двух-трёх рабочих на мини-производстве — один робот, управляемый тем же агентом, который принял заказ.

Получается полностью автономный цикл: агент принял заказ онлайн, агент же управляет его физическим исполнением через роботизированную ячейку. Приезжает курьер и забирает готовые тубы. Это и есть тот самый мост между цифровым агентом и реальным миром. Бизнес, который раньше требовал 5-6 человек (менеджер, дизайнер, печатник, упаковщик, логист), теперь может быть замкнут на одного человека-архитектора и капитал на оборудование.

Юрий: Впечатляющий пример. Но это требует серьёзной интеграции разных систем: сам агент, платформа управления, робототехника. Как это всё оркеструется? Насколько это сложно технически?

Сергей: Да, оркестровка — ключевой вызов. Здесь нет одной волшебной кнопки. Часто используется многослойная архитектура. Например, центральным «мозгом» или диспетчером может выступать языковая модель (та же GPT), которая координирует выполнение общего плана, получая отчеты от узкоспециализированных агентов.

Для технической интеграции самих сервисов, API и оборудования я часто использую платформы визуальной автоматизации, такие как n8n. Это не реклама, а констатация факта. n8n в этой схеме — это как бы центральная нервная система. Он позволяет без глубокого программирования нарисовать workflow: как данные от агента на сайте превращаются в команду для API роборуки, как статус выполнения возвращается обратно в CRM. Он отлично справляется с ролью связующего звена между разнородными системами — облачными AI-сервисами, базами данных, мессенджерами и, что важно, оборудованием, у которого есть API. Это значительно снижает порог входа для создания таких комплексных систем.

Юрий: Спасибо за такой подробный разбор. Получается, будущее за предпринимателями-архитекторами, которые управляют не командами, сетями агентов?

Сергей: Именно так. Менеджмент будущего — это инженерия процессов. Ценность смещается с управления людьми на способность проектировать эффективные, самодостаточные системы. Живые люди не исчезают, их роль становится более высокой — стратеги, критические контролёры, творцы и, наконец, потребители результатов труда этих систем. Задача современного руководителя — не бояться этого перехода, а начать изучать его язык: язык формализации процессов, оркестровки и симбиоза с машиной.

Юрий: Сергей, большое спасибо за беседу. Очень много пищи для размышлений.

Сергей: И вам спасибо. Всегда рад поделиться опытом.

Ключевые тезисы:

Менеджер-архитектор: Новая роль руководителя — проектировщик систем, где работу выполняют ИИ-агенты с прописанными ролями, workflows и skills (на примере платформы «Антигравитация»).

Глубокое внедрение в сложные области: Юридический агент не только готовит документы, но и демонстрирует логику, выступая как обучающий инструмент для специалистов.

Мост онлайн-офлайн: Цифровые агенты могут управлять физическими процессами через интеграцию с робототехникой, создавая автономные бизнес-циклы (пример с интернет-магазином постеров).

Оркестровка как ключевой навык: Инструменты вроде n8n становятся «центральной нервной системой» для связи агентов, софта и оборудования, упрощая создание комплексных систем.

Симбиоз, а не замена: Люди освобождаются от рутины для выполнения задач, требующих экспертизы, креативности и стратегического мышления.